Римма Кубикова


 
12.08.2003г.
Травинка и роса на ней, и слон и астероид                   
Живут в согласье с Божиим Началом и с собой.
Они лишь ноты партитуры, симфония 
		Божественной любви.
А мы не верим в Благость Замысла и в совершенство воплощенья.
Набили шишку или понесли убыток, 
		кричим скорее о несовершенстве мира.
А травка просто любит быть и любит луг свой,
И руку детскую, которая сорвет ее, косу, что скосит.
И веточка, давно простившаяся с материнским древом
Влюбляется в дрозда, несущего ее в гнездо.
И любит птенчиков, дрозда и ветер, 
		Пусть унесет ее он на чужбину.
Как реки любят берега и русла,
		 как льнут к их жестким, каменистым чреслам,
И как Земля из всех созвездий любит свое Солнце, 
	То, что животворит и согревает.
Так  ч е л о в е к. Младенец и слепец, он медленно мудреет,
		начинает прозревать, взрослеть, учиться.
Я верю, знаю - через череду тысячелетий, 
		потерь, исканий, и тоски, и муки
Он обретет отвергнутую колыбель свою, 
		единственную формулу надежды - Бога 
			и Его Закон - Любовь.
О, не для отмыванья пагубных грешков и попрошайства - 
Для помощи Творцу в Его творенье Блага.
Ибо я не могу не верить в Человека. 
		Не Сатанинское отродье он, а Божие творение.
***

Мы - мысль Божия, чудная Его фантазия,
Его роман, который так возлюблен Им.
На помощь нам, Европе чопорной, горластой Азии
Сошел с Небес герой романа главный - Сын.
А мы живем, как клетки жирные кишечника -
Плодимся, всасываем и отрыгиваем разом.
Как глина, смытая дождями, без Горшечника
Не ставшая ни статуей, ни плошкою, ни вазой.
И, не услышанная, провисает Фраза
Над судорогою пищеварительного акта
Фантомами господствующего факта,
Над тишиной рассветной и уснувшим долом,
Над бренной славою, и честью, и позором,
Над пережеванным и выплюнутым Словом
... За росчерком пера спешу ступнями  босыми
Стерней колючею, осыпанною росами.
Туда, где вьется ниточка, тропа - о, Сыне!
В нем Автор воплотил мечту свою и душу,
Свои светила, океаны, сушу
Он, Капитан, ждет нас опять и снова
Нас ждет причал - Он, Свет и Слово,
Подводит плот спасенья - Крест и Слово
В бурунах корысти, страстей, желаний, 
Чтоб мы сошли на Брег обетованный
		***
Первый Поэт - Бог. Лучший Поэт - Бог.               Веером радости Слово
Нет ничего чудесней                                 Зиждет Небо и Твердь,
Звонких Его стихов.                                 Чтоб утвердить снова
Мир Его - Песнь Песней                              Жизнь и Любовь - не сметь
                            Злобой творить смерть!

21.07.02г.
 Скажи  мне Имя, Ты, который протянул
На крохотной  ладошке землянички
Сверкающую бусинку росы. 
И ягодки нежнейшие реснички,
Хранили очертания слезы
Скатившейся. С щеки? Но чьей? О чем? 
И Кто измерит 
Алмазной зыбкой красоты случайной
Мгновенье - жизни вечной тайну?
Кто выплывет на безутешный берег?


Средь нарождающейся тверди и гибнущих планет
Я присягаю - Бог милосерден, свят Его дивный Свет;
Средь зыбей злобы, у самого края,
Где колокол неба смят,
Бог милосерден - я присягаю
И Свет Его вечно свят.
Среди змеиного клубка дорог
Найдешь ли путь свой заветный?
С тобой да пребудет святый Бог
И Свет Его милосердный

05.09.1999
***

Еще кратчайшие не разрастались тени,
Не закипала белая кипень,
И день еще не пал на мокрые колени
Прибрежных камышей,
И солнца истомленное окружье
Не выплеснуло на закатный плес
Багровых заводей заплаканные лужи,
Их непорочный блеск,
Еще ничто не предвещало миру
Его узды, поводьем не вело,
И безмятежная, покоилась лира,
И было так светло,
Еще в предчувствии Божественных видений
Не набегала чистая слеза,
Но! В недрах непрочитанной Вселенной
Рождалась Вифлеемская звезда

***

Мы разменяли семь Небес
На семь проселочных трясин,
Семь золотых - на медь-алтын,
В Иуде прорастает Крез,
А идолы поганят Крест,
Орган животворящих месс
Расколот, как пустой орех.
Мы разменяли Свет Небес
На свой неутоленный грех.

***

1999г

Воздай взгляд голубиный -
Колючему взгляду-клинку.
Сотворенный из глины,
Будь подобен Отцу.

Омытый бесценною кровью,
Отречься боле нельзя.
Вызванный к жизни Любовью,
Любовь - Твоя стезя.

Вейся лозой винограда -
И гроздья не опадут.
Любовь твоя награда
И вечный Сизифов труд.

Пусть будет исполнен блаженства
Последний, как первый, вздох.
Ищи, мой друг, совершенства,
Ведь совершенен Бог.

***

Кто срезал крыла - птице?
Кто стреножил полет твой, сокол?
Кто Царской златой колесницы
Разбил все ободья - о кол?

Имени не назвать,
Тьмою оно омыто.
Не родила его мать,
Не купала в корыте.

Тропы его - не те,
Нет солнца в его небе,
На черной, слепой версте
Он не печется о хлебе.

Хлеб его - птиц крыла,
На могиле трава,
Гордыни слава,
Все слова его суть отрава

Встретишь его -
Взгляд долу опустится пусть:
К калитке, крыльцу, дому
Не укажи путь.

***

Сквозь горечь лет
Ищу твой след
На стыд - мой скит,
На срам - Твой храм
Вновь нищего пуста ладонь,
Ищу Тебя,
Твой Свет - мой дом.
Хладеет, остывая, кровь,
Ищу твой след -
Твой свет - мой кров.
Не тлен, не гниль -
Биенье крыл,
На днищ осклизлое зловоние -
Души серебряные звоны
Невозвращенное "прости",
Как ладан пронесу в горсти
На блеск клинка,
На жало мести, позор пинка -
Ловлю иных окрылий вести.
На пыль страниц, на пир пираний -
Иных ресниц ловлю сиянье.
На вой, на рык - прощенья миг,
На злачный, на зубовный скрежет -
Настигнет, укрощая, нежность.
На первый, на последний вздох
Пребудет - Свете, Отче, Бог

1999 г.

***

Нас жаркое не греет лето
И солнце опадает ниц,
Бредем, слепцы, по белу свету
Во тьме обугленных глазниц

Среди сияния миров -
Прекраснейшего из творений -
Бредем, не ведая даров
Чудотворящего смиренья

Как одряхлевшие твердыни,
Разбитые врагами встарь,
Несем ярмо своей гордыни,
Не выплаченную нами дань.

Несем в груди безгласных птиц
С поломанными крылами
И тусклый отсвет черных лиц
Не осенит святыня храма

И сколько сердце не кричи,
Не отыскать во тьме порога.
Наш след теряется в ночи
И прерывается дорога




К началy